Узбекистан 

Узбекистан – большая, очень интересная и разнообразная страна с долгой историей, поэтому за неделю всего не увидишь, но мы старались. Нас было немного, всего четверо – три дамы и я. Ну и, естественно, я стал товарищем Суховым, а они – Зухра, Зульфия, Гюльчатай... 

Началось путешествие с Хивы. Старая Хива располагается внутри глиняных крепостных стен. Живет там около трех тысяч людей, дома свои перестраивают под гостиницы для туристов, но старый облик не нарушают. Всю поездку нас сопровождал гид Рустем (так называла его мама, можно Рустам), а в Хиве еще и Тимур. Тимур снабжал нас сведениями, которые не почерп- нешь в туристических путеводителях. Он поведал нам об изощренных пытках за постукивание ногой в такт музыке. Вот, представьте: звучит ритмичная мелодия, вы в такт ей слегка шлепаете ступней по земле – получите – ртуть в уши, олово в рот, стекло внутрь, кол в задний проход на 80 см!, вшитый в ягодицы конский волос, так что спать можно только на животе.

 

А еще – «говорун» – «молчун». Пленника при- вязывают и «говорун» уговаривает его съесть кусочек мяса, а «молчун» в это время переливает воду из одной емкости в другую, пить при этом не дают. Только обещают, что после мяса дадут попить, не- счастный ест, а его обманывают и не дают воды и уговаривают вновь, что- бы снова обмануть. Так продолжается пока несчастный не умирает от заворота кишок. Это же все нужно было придумать! А наложницы у хана жили, конечно, скучновато, зато каждый год полу- чали по одному килограмму золота, что составляло 3 кг за 3 года – как у  нас служба во флоте – и когда их отпускали они становились богатыми невестами. Кроме наложниц у хана были еще и жены, которые передвигались Памятник султану Улугбеку, внуку Тамерлана свободно, а наложницы во избежание склок и зависти попадали к хану в покои таким образом, что никто не знал кто и когда. Мечети, минареты, медресе, помещения для наложниц. Мечеть Джума – теперь музей колонн. Уди- вительное сооружение, крышу которого подпирают 213 резных колонны на каменных основаниях. (Когда-то в далеком 1989 году мне пришлось здесь побывать и даже написать картинку). Посетили знаменитую пограничную крепость Хорезмского ханства Аяз-кала, II век нашей эры. Только практически полное отсутствие осадков в этих пустынных краях позволило нам че- рез столько веков лицезреть это глиняное, слегка оплывшее сооружение, с сохранившимися ходами и бойницами.

 

Ну, нельзя же покинуть Хиву, не научив местных жителей настоящему диетическому плову, что и было сделано. Большой знаток истории Тимур с двумя братьями постро- или ресторан и скоро достроят гостиницу. Вечером во дворе развели огонь в круглой печурке, и в отсутствие индеечного бедра готовил я из банальных окорочков. Без традиционного курдюка на рафинированном масле. Со специями у них как-то странно – только зира. Зато мне приготовили айву, с которой нужно быть осторожным, поскольку она сильно размягчает рис. В результате все получилось и теперь, по словам Тимура, они будут готовить так всегда. Впрочем, может быть это только восточная вежливость.

 

А дальше была Бухара. Минарет Калян XII века – самая большая вертикаль города – 46,5 метров, медресе Улугбека, мавзо- лей Саманидов IX–$5 веков с сорока видами кирпичной кладки. А еще бесконечные и острейшие ножипчах, которые я все время покупал. Они сделаны из мягкого металла, стоят недорого и предназначаются для фруктов-овощей. Но были там еще ножи дамасской стали с завораживающим рисунком структуры металла. Мне повезло – кузнец Закир пригласил меня по-участвовать в ковке такого ножа. Десять пластинок разного металла – от старой церковной ограды и никеля до толкателя от дизельного двигателя сварены вместе. Затем они раскаляются в горне, обильно посыпаются бурой и расплющиваются, соединяясь друг с другом. Мастер достает рас- каленный добела брусок и бьет небольшим молотком, показывая место, куда должен ударить подмастерье (я в этом случае) тяжелой кувалдой. После чего пластина складывается пополам, отдыхает день и все повторяется снова. В результате слои многократно смешиваются, как в слоеном тесте и приобретают невероятную прочность. Таким ножом можно разрубить пополам гвоздь и лезвие не пострадает. Конечно, я купил этот нож, и хоть сам участвовал в процессе, Закир не подвинулся в цене ни на копейку.

 

А как можно было не попасть в настоящую баню XVI века?! Пока «гарем» отправился за какими-то тряпками, я помчался в хамам. Туристический сезон заканчивался, и народу не было совсем. Куполообразные потолки соответствовали внешнему виду бань. Помещений несколько, разного назначения. В том, где я должен был разогреться перед массажем, было совсем не жарко. Оказывается не сидеть надо на лавке, а стоять в нише, пар идет из отверстия в стене. Скрытая за каменной кладкой емкость с водой нагревается газом, а в XVI веке, объяснили мне, – свечами. Затем потомственный банщик энергично меня отмассировал и, намазав смесью меда и имбиря, отправил лежать на очень горячую лавку. Щипало. Пришлось выдержать все. Но когда меня выпустили на волю, не хотелось ни баранины, приготовленной в тандыре, ни обещанной скрипки в ресторане, хотелось только спать.

 

Одиннадцать лет назад в ресторане в центре Ляби Хауз у пруда мы с Любой снимали кулинарную программу «Охотники за ре- цептами» и оставили свои автографы. Приятно что они и сейчас сохранились и люди работают те же.

 

Дальше в программе нас ждало серьезное испытание в пустыне Кызыл Кум. По дороге заехали в местечко Гиждуван, известное своими гончарами. Там нам показали весь процесс, дали расписать тарелку и накормили обедом. А к вечеру добрались до пустыни, засветло попали на озеро Айдаркуль, где увидели радугу, и приехали к месту ночевки. Двадцать настоящих юрт без окон, горячей воды, отопления и удобств, вызвали ужас у наших барышень. Туда же занесло какую-то француженку, она угостилась у нас кусочком московской колбаски, а от моей 45-градусной персиковой отказалась. У жаркого костра из саксаула пел что-то заунывное акын. Все разбрелись по юртам, напялили на себя все что было в чемоданах и заснули. Ночью вокруг моей юрты раздавался зловещий шорох – кобра, гюрза, каракурт, скорпион? К сожалению, только ветер шевелил ткань. ... А утром фотосессия на верблюдах, и в путь.

 

После этого Самарканд показался столицей мира, да так оно и было когда- то. Территория, завоеван- ная при Тимуре, впечатлят: весь Кавказ, и Турция, и Средняя Азия. В мавзолее Тимуридов похоронены и сам Тимур, и его гениальный внук Улугбек, который оказался неважным воином, но великим ученым. Обсерватория, построенная им, производит впечатление и на современного человека, а что же было в начале XV века?! В знаменитом Регистане в войну жили эвакуированные из Москвы студенты Суриковского института. Сейчас это музейный комплекс.

 

Напоследок, в гостях у керамиста, мне опять предложили приготовить плов. Масло в казане было черного цвета, говорят, самое полезное, льняное. Мяса – маленькая горсточка, всего две луковицы, огромный таз моркови и много-много риса. Зира и изюм вместо барбариса. Пришлось и здесь выступить в роли просветителя. Странно, что местные не кладут никаких специй кроме зиры. Ни барбариса, ни шафрана... Поменял пропорции, добавил много лука, убрал вполовину морковь, сунул 5 головок чеснока, многократно промыл рис. И ели все с удовольствием. Хозяин сказал, что это плов – средний между ферганским и самаркандским.

 

Накупили на рынке вяленой дыни, орехов в кураге и печеных в золе абрикосовых косточек, прошли суровую узбекскую погранслужбу и таможню и полетели домой.

Сергей  Цигаль

© 2017 ООО "Медиа Бизнес Пресс".

Любое воспроизведение материалов или их фрагментов возможно только с письменного разрешения редакции.