Из тени - в свет

Он появился из сумрака винодельни, выйдя на слепящий солнечный свет, как отшельник из своей пещеры, как вернувшийся к людям всеми забытый Рип ван Винкль, нежданно объявившийся ниоткуда. Только отсутствовавший целую вечность Питер Виндинг-Дирс – не литературный персонаж, а живая легенда мирового виноделия. Остроумный, живой, элегантный - он снова с нами.

 

Как случилось, что бывший военный репортер (а поработать ему довелось в самых горячих точках своего времени, от Вьетнама до Индонезии) стал виноделом – до сих пор остается загадкой. Как бы то ни было, уже в конце 60-х Питер Виндинг-Дирс произвел свое вино в ЮАР и, сделав пять весьма успешных винтажей, перебрался с семьей в Бордо. В Граве, в Chateau Rahoul и в его собственных поместьях Domaine la Grave и Chateau de Landiras, он начал экспериментировать с натуральными дрожжами, доказав, что мутировав естественным образом, они имеют такое же значение для создания уникального неповторимого вина, как и терруар. За это он в 1985 году был избран в Академию вин Бордо.

Конец 80-х Питер, бежавший из Франции от социалистических реформ Миттерана, встретил в Токае. И как оказалось, прибыл туда как нельзя вовремя: началось возрождение одного из самых старых и легендарных вин мира. Это Питер разыскал токайскую классификацию 1700 года, и именно ему граф Ласло Андраши оставил свое поместье в Таркале, где он сделал свою токайскую эссенцию Tokaji Stanza, которая стала одним из самых дорогих и редких вин мира. В 1989 он основал Royal Tokaji Wine Company с культовым винным критиком Хью Джонсоном.

Его сыновья, родившиеся в ЮАР, унаследовали «винные гены» отца: старший Ханс, ранее работал в монтальчинском Argiano, в конце-концов женился на графине Ноэми Мароне-Чинзано и делает для нее вина в аргентинской Патагонии. (А сам Питер Виндинг в те годы помогал там же в Тоскане Андреа Франкетти, владельцу Tenuta di Trinoro). Младший Андерс осел в испанской Эстремадуре. Но больше всего преуспел племянник, которому Питер-старший подсказал заняться виноделием в Рибера дель Дуэро. Теперь его имя знает весь мир: Питер Сиссек - владелец и винодел Pingus.

Сейчас Виндинг-Дирс на Сицилии, которую он называет «последним оплотом цивилизации».

«Здешний проект - не стартап, а завершение пути, - философски и не без грусти уточняет 80-летний винодел, - это мой финиш, я прибыл на конечную станцию».

А началось все с дружбы с самой древней аристократической династией на острове, семьей Патерно Кастелло ди Сан-Джулиано. «Я познакомился с добрыми мафиози в 2002 году», - шутит Питер. С 2004 года он, используя систему «альборелло», производит три вина в поместье маркиза - на плато по соседству с Сиракузами преимущественно из международных сортов, яркие, востребованные мировым рынком образцы из Каберне Фран, Мерло, Гренаша, Пети Вердо, Темпранильо и Неро д’Авола. Понемногу он привел в порядок и винный погреб маркиза Джузеппе ди Сан-Джулиано, в котором сейчас 300 бочек из разных сортов дуба от 17 разных бондарных мастерских, закупил современные ферментационные чаны.

Но звания «придворного винодела» Виндингу было мало: он выторговал себе особые условия. В 2006 году он взял в аренду 3 га лоз сорта Сира 20-летнего возраста, из которых начал производить свои вина. А сам тем временем изучал ландшафт, пока не нашел то, что было нужно. Потухшему вулкану Монтекарубо миллионы лет. Этот холм, продуваемой прохладным ветром с востока - каменистый участок земли, не знавший лоз, на котором росли лишь оливковые и миндальные деревья, и которыми пришлось частично пожертвовать. Лозы Сира привез из долины Роны его друг, владелец одного из самых известных европейских виноградных питомников, Пьер Мари Гийом. Так появились вина Виндинга - минеральные, мощные, с необузданным сицилийским характером. При этом виноградник невелик (всего 8 га), с него получаются три кюве, и в общей сложности 30-40 тысяч бутылок в зависимости от урожая. Два главных вина: Il Carrubo и Il Piccolo, а также специальное кюве Suzanne, посвященное жене Питера - это все Сира с разных виноградников с небольшим вкраплением Неро д’Аволо. Свежие, полнотелые, мягкие, бархатистые, элегантные и отлично сбалансированные вина, с ароматами кедра, средиземноморских трав и специй.

«Я не сноб, но предпочитаю французские сорта – Пти Вердо, Мерло, Сира, название которого по мнению местных жителей произошло от города Сиракузы, - говорит Виндинг. - Так это или нет, пусть решают ампелографы, но среди местных бытует легенда, что между Неро д’Аволо и Сира имеется генетическая связь».

А вот одержимость энофилов шардоне и каберне совиньонами Питер находит скучным : «Это все одинаковые вина, причем повсюду в мире: в Австралии, Новой Зеландии, Калифорнии вина неразличимы, все они на один вкус, навязанный людьми, у которых нет понимания вина. Мне не нравится Роберт Паркер, я не люблю современных винных критиков. Напротив считаю полезным перечитывать то, что писали о винах авторы старой школы, такие как Алексис Лишин».

Автор текста и фото Татьяна Делкрос

Опубликовано в газете «Винная карта» № 177, июнь-июль 2017 года

© 2017 ООО "Медиа Бизнес Пресс".

Любое воспроизведение материалов или их фрагментов возможно только с письменного разрешения редакции.